Алисик

(no subject)

Наконец-то вспомнила, что надо бы написать такой пост :))
Мой журнал ведется теперь в режиме friends only, не под замком я выставляю только тесты и всякие ничего не значащие записи.
Поэтому если вы меня зафрендили, то новых записей можно ждать до морковкина заговенья :)) Отметьтесь, пожалуйста, здесь, если хотите, чтобы наша дружба была взаимной.
Комменты скрыты, разумеется
Алисик

Стихи за последний год

Что рассказать тебе, друг мой - идет война,
Пусть солдаты еще не вошли в мой дом.
Нам говорят - вот правда, и она одна.
Если ты не с нами - гореть тебе пропадом.

Ты мне снился на днях. Ночь нежна была и ясна.
Пили кофе, трындели за жизнь и судьбу.
И пришел к тебе гость, и спросил тебя - кто она?
Ты ответил: подруга, и я за нее убью.

Я проснулась в паноптикум, полная слез и огня,
Где мы все пытаемся жить из последних жил.
Хорошо, что ты узнаёшь обо всем от меня.
Хорошо, что ты до этого
не дожил.

***

С каждым днем я смотрю на других иначе,
просыпаюсь чуть старше, сильнее, злей.
Где же бродишь ты, мой волшебный мальчик,
мой бездомный бог, заклинатель змей?

Сколько лиц, городов и имен сменить мне,
Сколько туфель стоптать, отрясая прах,
Прежде, чем Тот-кто-сверху меня увидит
и позволит проснуться в твоих руках?

Как узнать тебя - низким, худым, в морщинах,
Отличить в отражениях средь теней?
Как понять, улыбаясь другим мужчинам:
это ты прикоснулся к руке моей?

А найдя и узнав - как тебя не терять?
Три, четыре, пять. Я иду искать.

***

Когда сладкая сказка становится страшной, как сон,
Умирают цветы и дрожат от бессилия пальцы,
дни - тягучая вата, не дышишь - вдыхаешь с трудом.
И становится проще уйти, чем остаться.

Когда смотришь тоскливо в любимые раньше черты,
И не можешь поверить - действительно с нами то было?
Когда споришь с собою безмолвно и до хрипоты:
Я любил тебя. Ты - любила?

Когда время уходит, как поезд, в ладонях вода,
И идешь по канату над пропастью грустным паяцем.
Очень сложно поверить, что будет так не всегда.
Это слабость - уйти. Это смелость и сила - остаться.

***

Если спросит кто-то, ресницы сомкнув, как двери,
Выбирая слова, чтоб потом не жалеть, не врать:
- Что ты больше всего не любишь - на самом деле?
Я отвечу, что я ненавижу просить и ждать.

И по странной привычке, заложенной кем-то выше,
Как несчастный лемминг, не знающий, что творит,
я все время прошу - у тех, кто меня не слышит,
и у тех, кто со мною не говорит.

И еще, почему-то, укутав худые плечи,
Я все время жду - бесприданницей на ветру -
Что поймут, и услышат, обнимут как можно крепче,
Жду, что сами предложат и сами мне все дадут.

Хорошо быть сильной, уметь уходить и драться,
Не бояться, не верить и не просить,
Только кем бы мы были без этих вот наших слабостей?
И не было б проще совсем никогда не быть?
Алисик

Оден «Погребальный блюз»

Удивительно, что этого здесь нет под тегом "переводы". Это ведь мой лучший.

Auden

Funeral Blues
Stop all the clocks, cut off the telephone,
Prevent the dog from barking with a juicy bone,
Silence the pianos and with a muffled drum
Bring out the coffin, let the mourners come.
Let aeroplanes circle moaning overhead
Scribbling on the sky the message “He is dead”,
Put crepe bows round the wite necks of the public doves,
Let the traffic policemen wear black cotton gloves.
He was my North, my South, my East and West,
My working week, my Sunday rest,
My noon, my midnight, my talk, my song;
I thought that love would last forever: I was wrong.
The stars are not wanted now; put out every one;
Pack up the moon and dismantle the sun;
Pour away the ocean and sweep up the wood;
For nothing now can ever come to any good.

Погребальный блюз

Пусть встанет время, смолкнет телефон,
Псу киньте кость – пускай не лает он,
Пусть клавиши молчат, не смея петь,
Пусть барабан оплачет его смерть.
Пусть небо режет самолетный стон,
Пусть след их пишет горько: «Умер он».
Пусть белый голубь носит черный бант,
Пусть полисмены в трауре стоят.
Он был мой север, юг, мой запад и восток,
Мой каждый день, мой выдох и мой вздох,
Мой полдень, вечер, музыка и танцы.
Я думал – счастье вечно. Ошибался.
Пусть все погаснут звезды до одной,
Пусть солнце пропадет вместе с луной,
Иссохнет океан, исчезнет лес,
Сам смысл существования исчез.
Алисик

(no subject)

ЖЖ повадился подкидывать посты лохматых годов. Ужасно стыдно их перечитывать, это прямо какой-то изощренный вид пытки: и я была другой (гораздо инфантильнее, чем сейчас), и жизнь была другой - другие люди, другая страна. Чего-то отчаянно жаль, о чем-то хотелось бы забыть навсегда. В любом случае, напоминать об этом - жестоко.

Есть ли здесь еще кто живой?
Алисик

(no subject)

Наши сказки теперь не о волшебной принцессе,
не о девах с глазами, что светлее вьюги,
потому что тем, кто родился в расцвет Кали-юги,
им - нам - некуда деться.

Мы собираемся вечером у костра,
фигурально, конечно - каждый у себя дома,
и вспоминаем что-то, что так знакомо,
потому что было еще вчера.

Помнишь - говорим - можно было ходить друг к другу,
и кататься на скейтах, и заказывать колу с ромом.
Только б пережить эту чёртову Кали-югу,
всё стало бы по-другому!

Если б только дыхание этой весны не было ядовито,
Если б не было всё заколочено и закрыто -
мы бы жили бешено, дико, сыто,
мы бы все успели и всё смогли бы!

Мы ведь просто не знали, что каждый момент важен,
уходили легко, навсегда закрывая двери.
Но теперь, как закончится это страшное время,
всё будет совсем
абсолютно
необратимо

Так же.
Алисик

Допела за Абатуровым

В старый город пришёл Апрель. Из плаща сыпал снег и град. Вечерами пил морс и эль, ел чернику и виноград. Просыпался часам к пяти. Иногда – к четырём и трём. Был огромный как синий кит. И любил рисовать углём.

У Апреля был верный друг. Его имя, конечно, – Март. У него было тридцать штук (или сорок) игральных карт. Март любил бергамот и «Сплин», ездил в Лондон и Петербург. Он был рыжий как апельсин, разноцветный как летний луг. Вместе с ним приходил Февраль. Приносил арманьяк и сыр…

…до рассвета горел фонарь.

И Апрель выходил босым, завернувшись в короткий плащ. Допивал из бутылки эль. И чеканил футбольный мяч о большую сухую ель. Напевал ДДТ под нос и смотрел, как горит рассвет. Вспоминал, что конечен пост уже тысячи длинных лет. Небо цвета как карамель отражалось в потоках рек.

В старый город пришёл Апрель.
В старом городе выпал снег. (с) Джек Абатуров

***

А за ними пришел Июнь - этот вечный " terrible enfant". Он менял серебро на латунь и монетки бросал в фонтан. Мало ел, никогда не спал. Выходил собирать росу. Забегал на речной вокзал и заказывал тирамису. Был беспечным, как мотылек, не считал ни часов, ни дней. В его доме дверной замок заржавевший не знал ключей.

...Был отчаян и одинок.
С каждым днем все сильней и взрослей.

И на этом замкнулся век, и Июль в него не попал. В Старом городе выпал снег, закружился цветной карнавал. И опять началась весна, и закончилась - в феврале. Раскаленные докрасна кешью жарились на огне. Уходила ночная тень, улыбался городу Бог...
...Мог ли он удержать тот день?
Кто же знает. Наверно, мог.
Алисик

ЖЖ и признание

Я тут от большого ума (а на самом деле, от жажды мирового признания и владычества, конечно) отправила свои стихи Miu Mau. Сама Яна, разумеется, ответила очень тактично и деликатно. То есть было видно, что ей не понравилось, но и ладно, я не золотой доллар :) А вот в комментах началась вакханалия.

Опять-таки, то, что многим не понравилось - это нормально, иначе быть не могло. Но я внезапно еще узнала, что я совершенно безграмотна, мне бы русский подтянуть. Из-за слова "эликсир", да. У меня прямо какое-то проклятье с ним - я знаю, как оно пишется, но мне это кажется настолько неестественным и ненатуральным, что нет-нет, да и собьется прицел. Как с кофе мужского рода - так правильно. Но не звучит же )

Ну и в последнее время я гораздо больше говорю и пишу по-польски и по-английски, возможно, русский немного проседает. Но пока есть авточекинг, думаю, могу особо из-за этого не переживать ) Да и в мире хватает куда более серьезных проблем, чем охота за буквой "и".

И еще внезапно узнала, что у меня ни рожи, ни кожи, ни сисек, ни жопы (казалось бы, при чем это тут?). Так что зря говорят, будто ЖЖ уже не тот - точно такой же, каким был 15 лет назад, ничего не изменилось )
Алисик

(no subject)

Все хорошо в этом доме - и семья, и сад, черепичная крыша и вьющийся виноград, трудоголик муж и щебетунья-жена, и красивые дети - в этом доме всего сполна.

Он приходит с работы, садится за полный стол, и она говорит с улыбкой - хорошо как, что ты пришел! Подает пироги, говорит о своем дне. И он сыт, и доволен и счастлив собой вполне.

Но однажды корабль кренится и идет ко дну: он приходит домой - и не узнает жену. Исподлобья взгляд, вид измученный и больной. И роняет слова, как свинцовые капли, одну за другой.

Ты не подумай - говорит ему - будто я тебя не любила. Просто что-то во мне сломалось и отпустило. Знаешь, как будто погасла последняя искра огня. Просто с тобой мне стало хуже, чем без тебя.

Понимаешь - говорит ему - просто меня будто нет. И я чертовски устала готовить этот проклятый обед. Пидарасить дом, вытирать носы, быть всегда тут. Слушай, а ты хоть помнишь, как меня зовут?

А когда ты покупал мне хоть что-то без повода - просто так? А когда приглашал прогуляться после ужина в парк? Почему у тебя постоянно звонит телефон, когда я сплю? Почему твоя нежность стала равна нулю?

Знаешь, милый, я ведь очень долго терпела. До последней капли и еще чуть-чуть - до предела. Все, живи как знаешь, а мне, пожалуй, пора. - И она открывает дверь и уходит в ночь со двора.

И она смеется, и ей уже все равно, ей легко и свободно, как не было очень давно. Муж сидит за холодным столом и молчит, как последний дурак. Только думает - черт возьми, что же ей было не так?..